До сих пор речь шла преимущественно о социальных нормативах и эталонах сексуального поведения. Однако как эти эталоны преломляются в нашем сознании? Что лежит в основе сексуальной мотивации индивида? Традиционная "психогидравлическая" теория либидо отвечала на этот вопрос просто: половое влечение - природный инстинкт, удовлетворение которого сводится к разрядке спонтанно возникающего в организме психофизиологического напряжения. "Нервная система, - писал З.Фрейд, - это аппарат, функцией которого является избавление от достигающих его стимулов или сведение их к минимальному возможному уровню, так, чтобы, если бы это было возможно, она сохраняла бы себя в совершенно невозмутимом состоянии".

Как справедливо замечает Г.Шмидт, эта концепция покоится на двух неверных предпосылках. Первая - "гипотеза аккумуляции стимула", согласно которой сексуальная мотивация питается постоянно и спонтанно накапливающимся внутренним беспокойством, основанным на неудовлетворенной физиологической потребности, требующей периодического удовлетворения, подобно голоду или жажде. Вторая - "гипотеза редукции стимула", согласно которой удовлетворение сексуального желания тождественно разрядке или угасанию напряжения и установлению равновесия в организме по аналогии с механизмом гомеостаза. Однако даже удовлетворение голода и жажды - не просто биологический процесс. Что же касается высших человеческих потребностей (потребность в творчестве, познании, любви, самоактуализации), то они вообще не являются адаптивными и направлены не на то, чтобы "успокоить" человека, а на то, чтобы пробуждать его творческую активность, заставлять стремиться вперед и выше. Изучение этой неадаптивной, "сверхситуативной" активности занимает сейчас центральное место в советской (да, пожалуй, и в мировой) психологии, и это полностью применимо к психологии сексуальности.

А что там дальше написано...

Еще в конце пятидесятых годов можно было утверждать, что вопросы секса, эротики фантастике были практически чужды. Не слишком ориентируясь еще в специфике жанра, я тогда не скрывал своего удивления этим обстоятельством.

А что там дальше написано...

Все видовые свойства человека в каком-то смысле сопоставимы - как части единого целого, ответственного за поддержание гомеостаза, и их можно сравнивать по их вкладу в поддержание гомеостаза - непрерывности и самотождественности организма перед лицом деформирующих воздействий. Эта "табель о рангах" сформулирована строго фактуально - в терминах видовой анатомической и физиологической нормы, - но различные культуры накладывают на нее свои ценностные иерархии, не всегда совпадающие с биологической данностью. Если комплекс биологически данных нам свойств сравнить с колодой карт, то культуры уподобятся наборам правил, позволяющих пользоваться одной и той же колодой в самых разнообразных играх. И как в одной игре старшей оказывается одна масть, а в другой козырем объявляется другая, - так в разных культурах высшие места в иерархии ценностей достаются разным биологическим свойствам. Эффективно воспрепятствовать выполнению каких-то жизненно важных функций никакой культуре не под силу. Но во власти культуры - объявить такое выполнение делом сугубо частным - или общественно значимым; окружить его ореолом возвышенности, а то и святости - или лишь молчаливо допустить как нечто неизбежное, но нежелательное. Степень вмешательства культурных запретов в исполнение биологических функций зависит от характера каждой конкретной функции, от ее связи с общей задачей поддержания гомеостаза. Чем быстрее и неотвратимее расплата за ее подавление - тем меньше у культуры простор нормотворчества. Потому-то не было и нет культуры, которая вмешивалась бы, например, в процессы дыхания: ведь человек может дышать лишь так, как это запрограммировано физиологически в его организме, и за любым серьезным нарушением неизбежно последует быстрая смерть. Напротив, чем длиннее биологическая цепочка, связывающая функцию с ее биологическим назначением, - тем податливее она к оформляющим воздействиям культуры. При выборе напитков, компенсирующих потерю влаги организмом, диапазон возможных отклонений от биологической нормы - питья чистой воды - куда уже, чем при выборе продуктов питания. С чем бы ни смешивать воду, - в любом напитке, призванном утолять жажду, ее всегда будет достаточно много. Компенсации энергетических потерь организма варьируются куда шире, - и в кулинарии возможны самые разнообразные по составу блюда, равно полноценные как источники питания. Поэтому культура может предписывать своим носителям самые разные рационы питания, но запретить им пить воду - не может.

А что там дальше написано...

Первоначально под порнографией понимались изображения из жизни проституток и их клиентов. Словарные же определения порнографии оказываются не в состоянии точно описать содержание этого понятия. Например, в "Советском энциклопедическом словаре" говорится, что порнография - это "вульгарно-натуралистическое, непристойное изображение половой жизни в литературе, изобразительном искусстве, театре, кино и проч."*. Не-вульгарно-натуралистическое - реалистическое, например, - изображение половой жизни - это не порнография. Точно так же непорнография - пристойное, приличное изображение половой жизни. Значит, дело состоит в соблюдении приличий при изображении половой жизни в литературе, кино и т.д. В конечном счете, все сводится к соответствию моральным представлениям общества, точнее, той или иной общественной группы. /* Советский энциклопедический словарь. М., 1979. С. 1937./

Приведенное определение по сути дела устарело. Оно соответствует представлениям двадцатых годов. Так, в одной весьма авторитетной в свое время работе непристойным объявлялось "все, что в сознательном противопоставлении господствующей морали преследовало цель физиологического возбуждения сексуальных переживаний и соответствует этой цели"*. Только здесь о соответствии господствующей морали говорилось прямо. /* English P. Geschichte der erotischen Literatur. Stuttgart. 1927. S. 6./

А что там дальше написано..

Несмотря на различные религиозные, социальные табу, эротическое переживание никогда не существовало как обособленная область человеческой психики. Напротив, разнообразные формы чувственности – это важная характеристика целостного психического облика человека, этапов его исторического становления. 

Вскрывая психологические истоки эротических тем и мотивов в искусстве, автор вместе с тем показывает, как в определенных ситуациях художественное творчество оказывает обратное влияние на формирование эталонов сексуального поведения и эротического переживания человека в истории.

А что там дальше написано...